как по одному слову угадать, откуда ваш собеседник


Журнал/Зала, гостиная или столовая: как по одному слову угадать, откуда ваш собеседник — забавные и яркие новости из мира туризма от «Тонкостей». Лучший отдых начинается именно здесь, на «Тонкостях туризма».

Чтобы понять, откуда родом визави, порой достаточно прислушаться к его речи. Особенности произношения, жаргон и диалектизмы — словечки, характерные для той или иной местности, — способны с потрохами выдать москвича, петербуржца или краснодарца. Все наверняка слышали о бордюрах-поребриках и парадных-подъездах, но есть и другие слова-маячки, помогающие вычислить коренных и приезжих.

Уроки московского

Житель столицы принимает гостей, смотрит телевизор и читает книги в гостиной, она же — большая комната. Столовая — это недорогое заведение общепита, а зал — нечто помпезное и торжественное, где впору проводить балы и вернисажи. А уж зало или зала (как, например, в Башкирии) — и вовсе кровь из интеллигентных ушей.

Москвичи покупают или делают покупки, на худой конец затариваются, но никак не закупаются и тем более не купляют. Если приятелю не хватает денег, ему дают взаймы или одалживают, но не занимают. Еще в Москве принято ходить за молоком, даже если в корзине окажутся кефир, простокваша и ряженка, а вот «молочка» как совокупность продуктов — слово провинциальное, как и «консерва» в единственном числе.

В южных регионах в слове «свекла» делают ударение на второй слог, хотя оно пишется через букву «Ё», которая по правилам должна быть ударной. А в Сибири садовую клубнику называют викторией, хотя эти две ягоды различаются.

Москвичи реже употребляют сокращения типа «бутеров» и уменьшительно-ласкательности типа «пироженок» и «мороженок». Слово «кура» тоже режет им слух: бывают либо куры, либо курица. Если кто-то не слишком воспитанный громко причмокивает, отпивая чай, в Москве скажут «хлюпает», а за ее пределами — «сербает» или «зюргает» (это по-пермски).

Большие стеклянные емкости на юге называют баллонами, а в столице — просто банками. Абрикос в Краснодарском крае превращается в жерделу, тыква — в гарбуз, а как нежно звучат «синенькие» по сравнению с баклажанами!

Образованный житель столицы точно знает, что он не с Москвы, а из Москвы. Говорит о работе или про работу, но никак не за работу, скучает по ком-то, а не за кем-то, живет в районе, а не на районе, а тюль, шампунь и кофе у него всегда мужского рода.

И еще одно нерушимое правило: ребенок кушает, взрослый ест и лишь иногда вспоминает хрестоматийные «кушать подано» или «извольте откушать чайку». Кстати, детей москвичи почти никогда не называют малыми, равно как и детками — это из области ботаники. Ну а если что-то пошло не так, произносят вежливое «извините» или «прошу прощения» вместо «извиняюсь».

Народное творчество

Почти во всех уголках нашей необъятной встречаются удивительные диалектизмы и жаргонизмы. В Пермском крае, к примеру, про барышню со странностями скажут «Дунька с Бахаревки», причем Бахаревка — это реально существующая деревня под Пермью. А еще в этой местности не шалят, а барагозят, не ссорятся, а аргаются, не кашляют, а керкают.

Для омичей лапша быстрого приготовления — «чойс», а забавные ситуации или фразы — «слива». Неторопливый алтаец растележивается (делает все медленно), наступает в лыву (лужу) и хранит деньги в гомонке (кошельке). В Иркутске нехорошего человека именуют страминой, сумасшедшего в Нижнем Новгороде — ляховским (по названию местной психлечебницы), а деревенского жителя в Брянске — валетом.

В Пскове собирают журавину (клюкву) и пьяницу — такое имечко присвоили голубике из-за дурманящего аромата на болотах. В Брянске варят борщ-сморщ с луком-барабулей, а на Сахалине — куксу (лапшу по-корейски).

Перебор информации? Тамбовчане просят читателей не колготиться (не беспокоиться), а кировцы — не веньгать (не ныть). Добавим к списку челябинскую швабру (лентяйку), хабаровскую чифаньку (кафе), волгоградского растыку (неуклюжего) и владивостокский зусман (мороз) — и, пожалуй, приостановимся.

Меж двух столиц

Хотя нет, обойти стороной различия московского и питерского диалектов непростительно. Итак, в Санкт-Петербурге круглая сладкая булочка с дыркой посередине — это пышка, тогда как в Москве — пончик или донат на американский манер. Свитер с высоким горлом — соответственно бадлон и водолазка.

За правонарушение москвич может загреметь в обезьянник, а петербуржец — в аквариум. Для частых поездок на общественном транспорте в Москве нужен проездной, а в Питере — карточка. Гречка по-питерски — греча, половник — поварешка, сигаретный бычок — хабарик, а шаурма — шаверма. А еще лингвисты обнаружили у москвичей типичные слова-паразиты: «как бы», «так сказать», «на самом деле» и протяжное «во-о-от» — и можно не требовать у собеседника паспорт.

16 января 2021

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *